Гайд по игре шерифом

Я люблю с садистским удовольствием смотреть, как ритуалы, которых требуют от шерифов, играют против них.

Вот вам гайд, как надо играть шерифом:

  1. Проверяйте подозрительных
  2. Больше ничего не делайте

Когда после игры вам говорят, что вы должны были вскрыться первому убитому, самому красному, тому, кто попросил на проверку чёрного, — кивайте с глубокомысленным видом и благодарите за рекомендации. А перед следующей игрой повторите гайд.

Ушло 5 лет на то, чтобы читеров начали называть читерами, потом ещё 5 лет, чтобы запретили подъём троих. Жду 2031-й — можно будет начинать играть в мафию.

Как кибервойска конструируют «народный гнев»

Поговорил с Gemini про процент ботов под моим последним постом в Threads. Интересно было узнать, сколько людей всё-таки помнят дату отмены крепостного права… Я к выводам не пришёл, но ответ ИИ показался интересным:

Читать далее «Как кибервойска конструируют «народный гнев»» →

Иерархическая модель взаимоотношений

Я уже писал про то, что наше общество склонно к иерархиям больше, чем некоторые другие. Теперь я хочу поговорить об иерархиях с точки зрения психологии одного отдельно взятого индивида. Надо понимать, что любая классификация — это упрощение. И когда я говорю про то, что какие-то конкретные типы личностей тяготеют к какому-то поведению, на самом деле в какой-то мере к ним тяготеет кто угодно, и вопрос в степени выраженности. Но изучать все это удобнее именно на крайних примерах.

Читать далее «Иерархическая модель взаимоотношений» →

Про реакцию на нарастающую сложнось мира

Интересная мысль про реакцию на нарастающую сложность мира с 12:09 по 13:39

«Ничто так не согласно с разумом, как его недоверие к себе» — Блез Паскаль Читать далее «Про реакцию на нарастающую сложнось мира» →

Надо ли вскрываться шерифом первому убитому игроку?

Мой опыт, а также статистика подсказывают мне, что выбрать шерифа на кругу при семерых легче и оставляет больше шансов на победу, чем выиграть игру при убийстве шерифа во вторую ночь.
Из этого для меня следует, что город должен стремиться играть чаще игры, где надо выбрать шерифа при семерых, а не игры, где шериф убит во вторую ночь.

Вскрытие шерифа первому убитому игроку явно увеличивает вероятность убийства шерифа во вторую ночь, как ввиду того, что мафия может это банально увидеть, так и потому, что это дает информацию черным, исходя из речи ПУ. При этом выгоды от этого действия несопоставимы с рисками.

Мода на это действие пошла, во-первых, когда лучший ход оставлялся во время речи первого убитого игрока (и в этом было больше смысла, так как защищало потенциального шерифа от вектора атаки города и давало ПУ потенциальную возможность заработать больше баллов). И, во-вторых, когда черные банально не искали, не умели искать шерифа так эффективно, как это делают сейчас, не понимали, какие выгоды дает убийство шерифа во вторую ночь.

Также сохранению этой тенденции способствует тот факт, что развитие навыков игроков происходит неодинаково в разных областях игры. Так, более опытные игроки будут значительно чаще случайного угадывания выбирать правильно шерифа на критике, но не будут настолько лучше менее опытных игроков в доигрывании игр с убитым во вторую ночь шерифом. Соответственно, для игрока, который и одно и другое делает на уровне случайного угадывания, выгоды от сохранения жизни шерифу будут не столь очевидны.

Что делать, если вы ПУ и вам вскрылись? Во-первых, надо понять для себя, верите ли вы вскрывшемуся вам игроку. Если не верите, то не делайте ничего. Если его вскрытие на вашу картину мира повлияло, то вы можете, как пример, оставить какого-то другого игрока более черным, чем планировали, — это и защитит потенциального шерифа, и вероятность, что вы правы, увеличена из-за новой информации (если вы не ошиблись в шерифе), также это не дает новой информации черным. Что точно делать не надо — ослаблять свое завещание по шерифу, например, называть его самым красным из вашего лучшего хода: такие фразы — идеальный триггер для опытного дона.

Том плёлся…

Том плёлся за родителями в кафе. Он был в том возрасте, когда уже очень хочется поскорее стать взрослым. Сегодня у Тома был плохой день. Их команда только что проиграла; если бы этот Йохан не пропустил гол на самой последней минуте, всё можно было бы свести вничью. И это в тот самый момент, когда Том отошёл попить воды, команда пропустила. «Бездари и слабаки», — думал Том.

Ожидаемо, после игры в единственном возле местного поля кафе оказалось много родителей с детьми другой команды.

Дети, не сговариваясь, стали занимать места на разных краях кафе. Взрослые заказывали чёрный кофе, детям покупали мороженое.

Тому хотелось сесть так, чтобы не видеть игроков противоположной команды. «Теперь они опережают нас на целых 2 очка в зачёте шестой детской лиги», — страдал Том про себя. А всё было так хорошо. Мы шли на 14-м месте из 16 — лучший результат этого сезона.

Том украдкой поглядывал на игроков другой команды. Не мог не смотреть. Они выглядели весёлыми и жадно уплетали своё мороженое, как будто первый раз его видят. Мальчик, который забил им решающий гол, — в мороженом был испачкан даже нос. Отвратительное зрелище. Как можно вести себя настолько по-детски в их возрасте? «И этим сосункам мы проиграли». От этих мыслей Том почувствовал себя взрослее, ему даже захотелось сделать глоток кофе, ну, то есть не сделать на самом деле — кофе был горьким и отвратительным. Просто он представил себя сидящим с чашечкой кофе и наблюдающим вот эту картину с испачканным в мороженом сосунком из вражеской команды. Том потихонечку успокаивался.

Мама Тома встретилась глазами с мамой того парня на противоположном конце кафе, которого он только что разглядывал. Она приподняла приветственно чашку и улыбнулась: это была её знакомая. Приятная молодая женщина, они вместе ходили в местный книжный клуб.

Мама Тома допила кофе, надо идти покупать продукты и готовить ужин.
— Том, вытри нос, и поехали в магазин, — обратилась она к сыну.

Опубликовано в Моё

Трагедия не в пропаганде

Сегодня на улице Харькова со мной отказались разговаривать, потому что я говорил по-русски.

Примечательно, что это был человек, чья собака, которую он выгуливал без поводка и намордника в центре Харькова, чуть не напала на меня.

И я вот думаю: а если правительство решит собрать всех русскоязычных в каком-то одном месте, ну просто, в карантинных целях… Вот такие персонажи выйдут протестовать? Или будут кричать одобрительно вслед уезжающим грузовикам?

Жаль, аллюзия им будет непонятна, и не потому, что это слово на русском.

Трагедия не в пропаганде самой по себе. Трагедия в том, что пропаганда эксплуатирует такие струны человеческой натуры, которые позволяют дуракам думать, что они имеют моральное право быть агрессивными выразителями своего мнения.

Чтобы 0,1 процента могли украсть миллион, ломается хрупкий баланс в соотношении вклада таких персонажей к вкладу всех остальных в общественную повестку, и именно это нанесет наибольший ущерб в долгосрочной перспективе.

Опубликовано в Моё

Улитка на склоне

Я устал пугать вас антиутопиями и психологическими предпосылками Холокоста. Мне вчера ночью вспоминалась намного более тонкая вещь — «Улитка на склоне» Стругацких.

Я давно читал и могу что-то путать, плюс сам роман по делу называют сюрреалистическим. Действительно, когда читаешь его, ощущение, что у тебя температура, — такое он создаёт настроение.

Дальше будет спойлер, но я не думаю, что книга многим придётся по вкусу, поэтому смело продолжаю.
Герой одной из сюжетных линий романа вследствие крушения вертолёта попадает в загадочный лес — волшебный, или заселённый инопланетянами, или что-то вроде Зоны из «Пикника на обочине». В этом лесу явно выделяются какие-то окуривающие его психику феромоны. Он живёт в поселении каких-то местных аборигенов, просыпается каждое утро и собирается искать дорогу к базе, разрабатывает план… Но потом то одно, то другое… И к вечеру думает, что пойдёт завтра. Плюс в деревне только он умеет убивать существ (биологических роботов) и вроде как уже нужный и уважаемый человек, несёт какую-то ответственность за людей, которые его приютили. Этот конфликт между нежеланием жить в неприемлемых условиях среди неграмотных людей без нормальной еды в антисанитарных условиях и социальной функцией, которую человек выполняет, сдобренной наркотическим дурманом окружающего леса, Стругацкие показывают виртуозно. Кстати, этих биологических роботов, судя по всему, производят сами же существа, этим лесом управляющие. А местное население их ожидаемо боится и демонизирует.

Для меня гениальная литература отличается от прочей именно своим умением погрузить тебя целиком в ощущение, которое испытал автор и потом воссоздал для тебя. Легко ли это читать? — Нет. Есть ли там какие-то прямые, быстрые смыслы, которые ожидаются от любой информации сейчас? — Тоже нет. Книги про Холокост показывают тебе трагедию, и на эту трагедию интересно посмотреть. Но книги вроде «Доктора Живаго» или «Улитки на склоне» создают у тебя липкое ощущение нахождения внутри.

Стругацкие явно что-то знали про совок, думаю, их переименованием улиц не обманешь.

Опубликовано в Моё

Законы качественных решений

Я тут в последнее время пересекаюсь в пространстве времени с 9:00 (никогда не знаешь, как жизнь повернется). И сталкиваюсь с ежедневной минутой молчания. Я стал думать, почему, например, к израильским минутам молчания я отношусь с уважением, а к украинским — с иронией? После небольшого исследования выбрал для вас некоторые законы, которые надо учитывать при принятии качественных решений.

Принцип Гудхарта
Когда метрика становится целью, она перестает быть хорошей метрикой.
Допустим, цели украинского парламента — привитие обществу уважения к работе украинских военнослужащих (в перерывах между схемами с бракованными бронежилетами). Как измерить уважение? Как измерить степень проявления уважения? Это возможно, но сложно. Вместо этого мы измерим количество минут молчания: в Израиле 3, у нас 365. Это победа, никто не ждал, а она тут.
То есть мы жертвуем сутью, работать с которой сложно, в угоду понятной метрике, а что ввиду социально-психологических процессов такая метрика сама по себе вносит изменения в систему, и не всегда благоприятные изменения, — не учитывается. Читать далее «Законы качественных решений» →