Рубрика: Рациональность

Хочу рассказать вам историю про шахматы. На днях проходил чемпионат мира по рапиду и блицу. Это разные контроли: быстрый и очень быстрый. Так вот во второй день рапида случилась такая история. Один из игроков — Магнус Карлсен, один из величайших игроков в истории, и очень влиятельный человек в современных шахматах пришел в джинсах. Его оштрафовали на 200 евро за несоблюдения дресс-кода и на этом история могла закончится, против этого он ничего не имел, но ему сказали что если он не переоденется перед последним туром (их всего в день четыре) то его не будут включать в состав последнего тура дня. Такое решение равносильно снятию с турнира, понятно что получить 0 за 4 тура до конца турнира при огромном количестве участников, делает дальнейшую борьбу, для него, бессмысленной. Магнус пошел на принцип и с турнира снялся совсем, что вполне логично. Для меня ситуация выглядит как, мягко говоря, неправильное судейское решение. Джинсы к игре отношения не имеют, штраф дали, а вмешиваться в спортивную борьбу, из-за не имеющего к спорту отношения инцидента, не имеет никакого смысла. Там еще было много политических нюансов, подковёрных игр и так далее, все как это обычно бывает. После этого скандала правила дресс-кода изменили на следующий день и Магнус пришел на турнир по блицу уже снова в джинсах. Кажется, здравый смысл восторжествовал.

Но у этой истории есть второй акт, во всяком случае, для меня, это второй акт именно этой истории. Финал турнира по блицу. Игроки в финале, один из них Магнус Карлсен, сыграли между собой 2:2. И по регламенту турнира игроки должны играть после этого до первой победы, кто победил — выиграл турнир. Они играют 3 партии после чего решают оба обратиться к организатором с просьбой признать их двоих чемпионами мира по блицу… И… Это решение было удовлетворено.

Два из двух тупейших судейских решений с которыми я сталкивался (а я наблюдал и наблюдаю за становлением мафии, на секундочку). Сначала мы вынуждаем одного из величайших игроков в истории шахмат сняться с турнира, по пустяковому, не дающему никакого спортивного преимущества поводу. Потом мы меняем правила турнира по ходу и плюем на основную идею любого спорта — выявление лучшего. Признаем победителями двух игроков, потому что мальчики устали. Прямо хочется потрепать их за пухленькие щечки и пожалеть.

С окружающим нас миром случилось что-то страшное… Может быть то отупение о котором нас предупреждали ученые начинает сказываться. Это же не вопрос либеральности или консервативности. Как мы видим, дело не столько в перекосе в какую-то сторону (и того и того безумства в мире хватает), сколько в том что люди систематически не угадывают какое правило к какой задаче надо применить.

Ощущение, что мышление большинства людей это мешок с лозунгами и когда они сталкиваются с какой-то жизненной ситуацией, вместо того чтобы подумать, они наугад один из лозунгов достают вслепую из мешка, а потом с пеной у рта, на разный манер, этот лозунг выкрикивают.

Мы перегружены информацией. Напуганы. Разделены на стороны. Хотя единственно значимая битва которая сейчас происходит — это «битва с дураками». Судя по всему, эффективнее всего, ее вести внутри себя. Этого и пожелаю вам в новом году.

Я в теории сложных систем не силён, но мне кажется, что язык — одна из лучших демонстраций того, как целое получает свойства, выходящие за рамки свойств суммы его компонентов. Слов, в нашем случае. Наверное, кто-то даже занимался или когда-то займётся вопросом о том, в какой прогрессии растёт количество смыслов (посылов), которые можно передать, используя всё больше и больше слов. Во всяком случае понятно, что рост, точно, будет нелинейным.

Я верю, что совокупный смысл слов больше, чем сумма значений этих слов. Не только больше, но и часто имеет опосредованное отношение к тому, что можно предположить, взяв слова сами по себе. Путь, когда мы определяем значения слов, а потом пытаемся из этих слов сконструировать общий для всех смысл, кажется мне бесперспективной утопией. Думаю, лучше, когда мы используем силу языка, чтобы компенсировать неточность наших определений отдельных слов общим смыслом. И всё ещё много информации будет потеряно, всё ещё будет огромный зазор между тем, что мы хотели выразить, и тем, как нас поняли, но всё же большая эффективность последнего подхода для меня очевидна.

В этом контексте идеология «словесных диет» приобретает для меня вид скорее бесполезной моды, чем эффективного инструмента. И тут не важно, как я отношусь к вопросу, который этими мерами пытаются решить. В данный момент не важно, что я думаю о среднем поле, расизме и феминизме. Я совершенно о другом: ну просто не может так быть, что, вводя женский род слову «доктор», ты влияешь на восприятие женщин в профессии. Я в такое совсем не верю. Язык — сложная и невероятно гибкая система. Прекрати использовать одни дискриминирующие и неполиткорректные обороты, и им на смену сразу придут какие-то другие. Это не язык — первопричина дискриминации. Дискриминация — это следствие тёмных сторон нашей личности, а язык — только выражение, через которое эта тёмная сторона прорывается наружу.

Ещё одним доказательством правильности моей позиции для меня является отсутствие больших отличий по острым вопросам в зависимости от языка в разных странах, зато есть огромная разница в зависимости от того, какую культуру мы берём. Конечно, можно предположить, что культуру сформировал язык, а не наоборот. Наверное, такая гипотеза имеет право на существование, но мне она кажется слабой.

«Пытаться понять человека так, как он хочет быть понятым» — отличный способ хоть немного приблизить собеседников к взаимопониманию или хотя бы конструктивному диалогу. И тут нет места буквоедству. Слова — слишком ограниченный инструмент вне зависимости от качества ваших определений. Говорите на языке посылов. И да, это работает в две стороны: если посыл человека — агрессия, вы имеете право считать агрессию вне зависимости от интеллигентности слов, в которые эта агрессия обёрнута. Я не говорю про лучше/хуже, добрее/злее, я говорю про эффективно/неэффективно.

Еще одна заметка на эту тему:
https://babunts.com/2023/10/07/slova-i-smysly

Если бы я давал название когнитивным искажениям то это бы назвал «эффект аналитика». На самом деле когнитивные искажения часто пересекаются и уже есть ряд связанных, но я хочу выделить некоторые аспекты отдельно.

Как люди приходят к совершенно невероятным и сложным (с точки зрения вероятности их возникновения) цепочкам взаимосвязей, например, при анализе политических событий? Чем дольше человек думает о каком-то вопросе, тем больше ему кажется что он начинает понимать все новые и новые детали, видеть причинно-следственные связи. И конечно, это обычно так, но если вопрос сложный, а на ситуацию влияет множество случайных факторов, то несовершенство человеческого мышления начинает подгонять картину реальности под удобоваримую форму. В нашем «эффекте аналитика» есть еще дополнительный социальный фактор, когда тебя спрашивают: «Почему случилось событие Х?». Наверное будет странно если вы ответите: «Думаю к этому привела череда случайных и мало прогнозируемых факторов, для оценки которой сейчас у нас недостаточно данных». И уж точно, не получится поразмышлять об этом, несколько часов, в прямом эфире стрима. Чем больше человек отвечает на такие вопросы, тем больше он начинает верить допущениям которые высказывал до этого. Каждая новая итерация — немного больше добавляет к тому чтобы его «гипотеза» стала картиной мира. А на выходе мы имеем «оценку ситуации» где из одной маловероятной посылки, следуют другие и так вплоть до масонского заговора и золотого миллиарда, у тех кто работает «аналитиком» достаточно давно.

В мафии «эффект аналитика» тоже имеет свое отражение. Сильных игроков подозревают больше не потому что кто-то их боится, просто желание разобраться в их роли сильнее и времени этому уделяется больше, а дальше «эффект аналитика» делает свою работу.

Пора защищать докторскую по теме, я считаю. Я ведь думал об этом уже целых 15 минут.

У Трампа спрашивают: «Что произошло после выборов в 2020м году?».
Он отвечает: «Камала Харрис — плохая».
— Хорошо, но все таки что с выборами?
— Камала Харрис — ужасный человек
— А выборы?
— Я оставляю прошлое в прошлом, но Камала Харрис…

Я попробовал поставить себя на место его избирателя. Что должно заставить его игнорировать это? Ответ, мне кажется, лежит где-то среди нашего умения заполнять белые пятна информацией. Сторонники Трампа рассуждают приблизительно так: «Все политики врут, зато у этого мне прическа нравится».
У сторонника Трампа может и не быть информации о том что Камала Харрис где-то врала, но он живет в мире где по другому быть не может. Он не думает об этом в терминах: «Так у меня есть свидетельство лжи кандидата номер 1 и нет свидетельств лжи кандидата номер 2, значит надо отталкиваться от того что кандидат номер 1 вероятнее лжец, чем кандидат номер 2».
Из моего опыта так же работает все в психике сторонников пропаганды. Они понимают что им врут, но в их картине мира «все врут» и пусть о том что им врет их «любимая» пропаганда им известно точно, а от том что «все врут» они так только думают, для них нет разницы между одним и другим.
Так же и с лже-наукой. «Научный метод может ошибаться», «гомеопатия может ошибаться» — никакой разницы. Нет анализа количества свидетельств, анализа силы свидетельств. Зато есть заполнение белых пятен в знаниях о мире удобными мифологемами, подтверждающими картину в которую хочется верить.

* У меня нет позиции по кандидатам в американские президенты, просто Трамп меня позабавил.